Подвиг во имя науки: как спасали Вавиловскую коллекцию семян в блокаду

В голодные годы блокады в самом центре Ленинграда, на Большой Морской, хранились тонны картофеля и десятки тонн зерна – целый склад продовольствия, а для науки бесценная Вавиловская коллекция. Она осталась нетронутой до конца войны благодаря подвигу ученых института растениеводства, сообщает корреспондент «МИР 24» Родион Ковалев.

По личным делам тех, кто работал в институте растениеводства в дни блокады, можно понять, какими они были. Например, Александр Щукин, хранитель масличных культур.

«В ВИРе работает с 1938 года. По существу, техническим работником. Научно работать не может. В работе крайне медлителен. В ущерб делу. Крайне аккуратен. Больше подходит к архивной или канцелярской работе», – читает заведующая архивом института Элеонора Мясоедова.

Обычный ленинградец. Родителей потерял во время революции, жил в коммуналке, заботился о сестре. Из-за перенесенного в детстве туберкулеза имел слабое здоровье. Может, и не стал бы великим ученым. Однако о его подвиге рассказывают до сих пор.

Александр Щукин скончался от истощения прямо за рабочим столом. Когда коллеги обнаружили тело, в руке у него был зажат пакетик с миндалем. Умирая от голода, он сортировал семена – готовил копию коллекции, чтобы самолетом вывезти из замерзающего осажденного города.

Зимой 1941 года в институте от голода каждую неделю умирали три-четыре сотрудника. А ведь суп из горсти семян мог спасти им жизнь.

«ВИРовцы понимали, что наша коллекция – это очень ценный материал. Это мировой генофонд лучших сортов. Они понимали, что это великая ценность для всего человечества», – говорит заведующая отделом зернобобовых культур института растениеводства имени Вавилова Маргарита Вишнякова.

Чтобы сохранить семена, ученые были вынуждены поддерживать температуру в помещениях хотя бы на нуле, топить самодельные печи. А за окном до минус 40 градусов. Еще одной проблемой стали полчища крыс. Их не останавливали ни запертые двери, ни металлические короба.

Умные животные нашли другой способ: они карабкались вверх на стеллажи и попросту сбрасывали контейнеры вниз. Крышки слетали – доступ к еде был открыт. Тогда ученые начали связывать контейнеры вместе по четыре. Таких коробок в институте было больше 100 тысяч.

До снятия блокады не дожили только теплолюбивые культуры – бананы, корица, инжир. Зато в целости остался, например, весь картофель – 1,2 тысячи образцов. Две трети семян, которые хранятся в институте сегодня, — потомки тех, переживших блокаду. По оценке ООН, стоимость коллекции составляет порядка восьми триллионов долларов.

Подробнее о том, как ученые-генетики ценой своей жизни в блокаду спасли от уничтожения Вавиловскую коллекцию семян, смотрите сегодня в специальном репортаже на телеканале «МИР 24».

Источник: mir24.tv

Добавить комментарий